Американский Научный Журнал СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА ПРИКОСНОВЕННОСТИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ДОСОВЕТСКОГО ПЕРИОДА

Аннотация. Анализ исторической ретроспективы становления и развития института прикосновенности к преступлению, по мнению автора, позволяет с учетом наличия преемственности современного законодателя отечественной правовой традиции определить причины глобального сокращения практического использования возможностей данного института в борьбе с преступностью в рамках общего вектора современной уголовной политики. В настоящее время государство практически полностью отказалось от возложения на граждан обязанности содействовать предупреждению и расследованию преступлений, что в числе прочего выразилось в полной декриминализации недонесения о преступлении и в значительной степени – его укрывательства. Причины, повлекшие подобное отношение законодателя к институту прикосновенности, лежат в исторической плоскости, что с учетом диалектического метода научного познания предполагает исследование правовой категории «прикосновенность» в генезисе от прошлого к настоящему, а при выявлении определенных закономерностей - прогнозирование возможных корректив в законодательную и правоприменительную практику. Скачать в формате PDF
American Scientific Journal № ( 31) / 2019 71

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ИНСТИТУТА ПРИКОСНОВЕННОСТИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ В
РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ ДО СОВЕТСКОГО ПЕРИОДА

Дудоров Тимофей Дмитриевич
доцент кафедры уголовно -процессуального права, к.ю.н., доцент,
Российский государственный университет правосудия
Центральный филиал, Россия, г. Воронеж
Филиппов Александр Геннадьевич
магистрант
Российский государственный университет п равосудия,
Центральный филиал , Россия , г. Воронеж

THE ESTABLISHMENT AN D DEVELOPMENT OF THE INSTITUTION OF IMMU NITY TO CRIME
IN RUS SIAN CRIMINAL LAW OF THE PRE -SOVIET PERI OD

Dudorov Timofey D.
Associate Professor of criminal law and procedure
the Russian State University of Justice (Central Branch), Russia, Voronezh,
PhD. In law, docent;
Filippov Aleksandr G.
master student
the Ru ssian State University of Justice (Central Branch),
Russia , Voro nezh

Аннотация. Анализ исторической ретроспективы становления и развития института
прикосновенности к преступлению, по мнению автора, позволяет с учетом наличия преемственности
современного з аконодателя отечественной правовой традиции определить причины г лобального
сокращения практического использования возможностей данного института в борьбе с преступностью в
рамках общего вектора современной уголовной политики. В настоящее время государство практически
полностью отказалось от возложения на граждан обязан ности содействовать предупреждению и
расследованию преступлений, что в числе прочего выразилось в полной декриминализации недонесения
о преступлении и в значительной степени – его укрывательст ва. Причины, повлекшие подобное
отношение законодателя к институ ту прикосновенности, лежат в исторической плоскости, что с учетом
диалектического метода научного познания предполагает исследование правовой категории
«прикосновенность» в генезисе от прошлог о к настоящему, а при выявлении определенных
закономерностей - прогнозирование возможных корректив в законодательную и правоприменительную
практику.
Abstract . Analysis of the historical retrospective of the formation and development of the institution of
immunity to crime, according to the author, allows, taking into account the continuity of the modern legislator of
the domestic legal tradition to determine th e causes global reduction in the practical use of the institution's
capabilities in the fight aga inst crime within the framework of the overall vector of modern criminal policy. At
present, the State has almost completely renounced the obligation of citize ns to facilitate the prevention and
investigation of crimes, which, among other things, has resul ted in the complete decriminalization of the failure to
report a crime and largely his concealment. The reasons that led to this attitude of the legislator to the institution
of the implications lie in the historical plane, which, taking into account the d ialectical method of scientific
cognition, involves the study of the legal category of "impliance" in the genesis of past to the present, and in
identifying ce rtain patterns - predicting possible adjustments to legislative and law enforcement practices.
Кл ючевые слова: преступление, прикосновенность, виновность, содействие, укрывательство,
недонесение, пособничество.
Keywords: crime, implication, culpability, a iding, concealment, non -reporting, aiding and abetting.

Становление и развитие того или иного
института проходит сложный путь от появления в
законодательстве единичных норм,
регламентирующих определенные общественные
отношения, до технико -юридического оформления
их совокупности в отдельной структурной единице
кодифицированного нормативного акта. В э том
смысле институт прикосновенности к
преступлению не является исключением, что
позволяет, на наш взгляд, подвергнуть сомнению
утверждения о том, что его появление может быть
датировано серединой XIX века, т.е. собст венно
принятием Уложения о наказаниях у головных и
исправительных 1845 года [1, с. 12]. Приведем
некоторые аргументы. Так, еще в нормативных
актах X -XI веков была отражена общественная
опасность деяний лиц, не участвующих в
совершении преступления, но имеющ их к нему

72 American Scientific Journal № ( 31) / 20 19
отношение. В частности, в Про странной редакции
Русской Правды можно найти нормы об
укрывательстве преступлений (ст. 77, 115, 132) и о
приобретении имущества, добытого преступным
путем (ст. 37), что, несомненно, может
рассматриваться как разновидн ости
прикосновенности, имеющие как инди видуальную
(сокрытие преступника, совершенное умышленно),
так и коллективную (ответственность общины за
укрывательство лица, совершившего убийство)
природу. Необходимо отметить, что
применительно к уровню репрессивног о
воздействия укрывательство каралось н аравне с
основным преступлением (ст. 132 Пространной
редакции Русской Правды). Говоря об
ответственности за приобретение имущества,
добытого преступным путем (ст. 37 Пространной
редакции Русской Правды), следует акцен тировать
внимание на отсутствии ответст венности у
добросовестного приобретателя, имевшего право
на возмещение имущественного вреда,
причиненного совершением кражи. При этом
Русская Правда не содержит норм об
ответственности за сбыт преступно
приобретенного имущества. Без каких -либо
существенных изменений приведенные нормы о
прикосновенности к преступлению содержатся и в
иных нормативных актах периода становления
российской государственности и начала
централизации власти, а именно: в ст. 46 Псковской
судной грамоты, ст.ст 34, 46 Судебника 1497 г. , а
также ст. 93 Судебника 1550 г. Особо необходимо
детализировать положения ст. 34 Судебника 1497
года, в которой содержались положения о еще
одном виде прикосновенности к преступлению,
ранее не известном законодател ю –
попустительстве, текстуально выраже нном
следующим образом: «Если пошлют кого -либо из
недельщиков (приставов) по воров (для задержки
воров), и ему (приставу) воров задерживать без
всякого предвзятого намерения, а не потакать ему
(приставу) никому. А зад ержав ему (приставу)
вора, не отпускать , ни взятки (у вора) не взять; а не
причастных (к воровству) людей ему (приставу) не
задерживать» [2]. В качестве особенностей
законодательного регулирования института
прикосновенности к преступлению в
рассматриваемый период, помимо имущественного
характер а уголовно -правовых санкций,
специалисты обозначают взаимосвязь
прикосновенных деяний с отдельными наиболее
общественно опасными преступлениями
(например, убийство, грабеж, все преступления
против порядка управления и государственной
власти, именуемые терм ином «измена») [3],
которая была четко обозначена на легальном
уровне и варьировалась вместе с изменениями
приоритетов государственной политики.
Дальнейшее развитие институт
прикосновенности к преступлению получил в
Соборном Уложении 1649 г., где выделяло сь три ее
вида: укрывательство, попустительство и
недонесение. При этом укрывательство и
недонесение рассматривались как формы
соучастия и могли быть совершены как общим, так
и специальным субъектами. Так, например, к
ответственности могли быть привлечены
владельцы земель, укрывающие беглых крестьян
(ст. 60, 77, 78 главы XXI). Смертной казнью
каралось недонесение о преступлениях, имеющих
государственное значение, например, заговоре
против царя или ином злом умысле (ст. 18, 19).
Попустительство было сформиро вано как
самостоятельный состав преступления и
предполагало наличие только специального
субъекта: оставление сообщения о преступлении
без рассмотрения (ст. 15 и 59 главы XXI) или
попустительство побегу (ст. 271) [4]. Принцип
одинаковой ответственности совм естно
действующих лиц прослеживается и в Артикуле
1715 г., который содержал положения о видах
соучастия (исполнительстве, подстрекательстве и
пособничестве), а также об ответственности
укрывателей, попустителей и недо носителей. В
частности, в артикуле 155 он был сформулирован
следующим образом: «Властно яко убийца сам,
тако и протчие имеют быть наказаны, которые
подлинно к смертному убийству вспомогали или
советом или делом вступались» [5]. Названный
нормативный акт по дразделял укрывательство лиц
и предмето в (вещей), добытых преступным путем,
при этом уголовная ответственность за
приобретение и сбыт такого имущества вводилась
в российском уголовном законодательстве впервые
и предполагала наличие умысла виновного
(артику лы 189, 190, 206). Специальный субъект,
также как и в Соборном Уложении 1649 г., нес
уголовную ответственность за попустительство,
однако, в Артикуле 1715 года прослеживается
особенность сферы его применения –
попустительство при сдаче крепости (артикулы
119 -120), при обнаружении переписки с вр агом
(артикул 124), в отношении караульных (артикул
207) и в отношении солдат, не
воспрепятствовавших сдаче в плен врагу (артикул
117).
Легальное обособление в качестве
самостоятельного правового института
прикосновен ность получила только в Уложении о
нака заниях уголовных и исправительных 1845 г.,
где впервые были выделены Общая и Особенная
части, что позволяет специалистам
идентифицировать названный нормативный акт как
первую попытку кодификации уголовного
законодател ьства [6]. Следует отметить, что
законо датель впервые разграничивает соучастие и
прикоснвенность к преступлению, объединив их в
отделении третьем «О участии в преступлении», но
в разных нормах. В соответствии со ст. 16
основным отличием прикосновенности яв ляется
отсутствие причинной связи между действиями
способствующих совершению преступления лиц и
наступившими последствиями основного
преступления. Такие лица определялись как
попустители, если «имев власть или возможность
предупредить преступление, с намер ением или по

American Scientific Journal № ( 31) / 2019 73

крайней мере заведомо допу стили содеяние оного»,
либо как укрыватели, если «не имев никакого
участия в самом содеянии преступления, только по
совершении уже оного заведомо участвовали в
сокрытии или истреблении следов его, или же в
сокрытии са мих преступников, или также заведомо
взяли к себе или приняли на сбережение, или же
передали или продали другим похищенные или
отнятые у кого -либо или же иным
противозаконным образом добытые вещи» [7].
Самостоятельным видом прикосновенности
являлось недоно сительство, легально
определявшееся как неисполнение обязанности
теми лицами, которые «знав о умышленном или
уже содеянном преступлении и имев возможность
довести о том до сведения правительства» [7] этого
не сделали (ст. 17). Однако, в нормах Особенной
части законодатель, как и прежде, сохрани л
привязку того или иного вида прикосновенности к
составу основного преступления. Исключением
являлись только укрывательство от исполнения
наказания (ст. 337, 344, 345) и от привлечения к
ответственности лиц, совершив ших преступление
(ст. 346), обособленны е ввиду их особой
значимости в самостоятельные составы
преступлений, расположенные в главе пятой «О
взломе тюрем, уводе и побеге находящихся под
стражею или под надзором» раздела четвертого «О
преступлениях или просту пках против порядка
управления».
Особое место в истории развития российского
уголовного права занимает Уголовное Уложение
1903 г., которое, несмотря на то, что в полном
объеме не вступило в действие, по уровню
юридической техники и нормативному
содержанию оценивается специалистами как один
из я рких примеров высокого уровня правовой
культуры, сформировавший отечественную
правовую традицию и оказавший значительное
влияние на современное законодательство. Однако
институт прикосновенности к преступлению, в
данн ом нормативном акте был менее
детализир ован, что следует из отсутствия в его
Общей части соответствующих норм. Вместе с тем,
в Особенной части в зависимости от иерархии
объектов преступных посягательств,
предусматривалась ответственность за
укрывательство, попустительство и недонесение о
престу плениях против интересов правосудия,
общественного спокойствия, посягательств на
собственность, интересов государственной и
общественной службы. С учетом субъекта
названные виды прикосновенности можно
разделить на общ ие и специальные, а с учетом
тяжести со вершенного деяния, была легализована
прикосновенность к уголовному проступку и
преступлению. В первом случае, применительно,
например, к укрывательству, совершенному против
интересов службы, речь шла о повреждении,
сокрытии или захвате письменного либо
вещ ественного доказательства по гражданскому
или уголовному делу, во втором – ответственность
дифференцировалась в зависимости от тяжести
преступного деяния и вида наказания. Кроме того,
Уложение 1903 г. впервые выделяло
персонифицированное укрывательство, оп ределяя
его способы: явка с повинной в преступлении,
заведомо совершенном другим лицом, заведомо
ложная выдача себя за лицо, обвиняемое в
совершении преступления и отбывание наказания в
виде лишения свободы за другое лицо,
приговоренное к этому наказанию. По общему
правилу, прикосновенность к преступлению в
форме укрывательства совершалась только
умышленно, за исключением укрывательства
уголовных проступков, которое могло быть и
неосторожным.
Новеллой в законодательно й регламентации
исследуемого института можно, на наш взгляд,
считать отсутствие градации в наказании о
недонесении о готовящемся и уже совершенном
преступлении, при этом различалось недонесение о
преступлении: «не извещение без уважительной
причины надлежа щей власти или угрожаемого
лица о досто верно известному виновному
замышляемом или предпринятом тяжком
преступлении» [8] (ст. 163) и недонесение о лице,
его совершившем (ст. 164). Приведенное
положение позволяет констатировать, что
уголовная ответственность устанавливалась за
неисполнение обязан ности сообщения только о
тяжком преступлении и только в том случае, если о
преступлении было достоверно известно и имелась
возможность проинформировать компетентное
должностное лицо. И в Уложении 1845 г., и в
Уложении 1903 г. основанием освобождения от
уго ловной ответственности за укрывательство и
недонесение о преступлении являлось наличие
родственной связи с лицом, виновным в основном
преступлении, при этом в последнем документе
пределы действия данного положения был и
расширены путем включения в круг таки х лиц не
только близких родственников, но и иных близких
лиц (ст. 170).
Таким образом, подводя итоги анализа
ретроспективы становления и развития института
прикосновенности к преступлению в уголовном
законодательстве до 1917 года, можно
констатировать сле дующее. Период до середины
XVII века характеризовался наличием в уголовном
законодательстве отдельных норм,
регламентирующих виды прикосновенности,
которые были взаимосвязаны с отдельными
составами основных преступлений. При этом
ответственность за прикосн овенные преступления
совпадала с ответственностью за основные
преступные посягательства. Постепенно
развиваются виды прикосновенности: от правовой
регламентации укрывательства и недонесения о
преступлении, к появлению новой формы –
попустительства, соверша емого специальным
субъектом, ка к правило, обязанным осуществлять
расследование преступлений. С середины XVII
века до 1845 г. происходит усиление начала
централизации государственной власти, что нашло
отражение и в содержании уголовного

74 American Scientific Journal № ( 31) / 20 19
законодательства, в том числе и в части
регламентац ии института прикосновенности. При
сохранении взаимосвязи между основным и
прикосновенным преступлениями была
ужесточена ответственность за посягательства на
основы государственной власти и детализировано
правовое регулирован ие воинских и
сопутствующих им преступлений. Такие виды
прикосновенности как укрывательство и
недонесение о преступлении, которые
рассматривались как формы соучастия, а также
попустительство – как самостоятельный состав
преступления. И, наконец, с 1845 г. до 1917 г. в
рамках первой коди фикации российского права
нормы уголовного законодательства о
прикосновенности к преступлению, наравне с
нормами о соучастии были оформлены в
самостоятельный правовой институт. При этом
прикосновенность была отграничена от со участия
по признаку отсутствия причинной связи между
действиями лиц, способствующих совершению
преступления, и наступившими преступными
последствиями основного посягательства. Видами
прикосновенности являлись укрывательство,
попустительство и недонесение о преступлении, а
также впервые была предусмотрена возможность
освобождения от ответственности за недонесение и
укрывательство, совершенное родственниками.
Уголовная ответственность за недонесение была
установлена только в отношении преступлений с
повышенно й степенью общественной опаснос ти.

Список литературы:
1. Сережкина К.Н. Прикосновенность к
преступлению в уголовном праве России:
Оптимизация норм и практики их применения:
Автореферат дисс...канд.юрид.наук. Самара, 2009.
24 с.
2. Судебник 1497 года //
https://historich.ru/sudebnik -1497 -goda -
perevod/index.html (Дата обращения: 07.10.2019г.)
3. Таганцев Н.С. Лекции по русскому
уголовному праву. Часть общая. СПб., 1887. Вып.
1. // https://search.rsl.ru/ru/record/01003621039 (Дата
обращения: 07.10.2019г.)
4. Соборное Уложение 1669 года //
http://www.hist.msu.ru/ER/Ete xt/1649/whole.htm
(Дата обраще ния: 04.10.2019г.)
5. Артикул Воинский от 26 апреля 1715 года //
https://studfiles.net/preview/5757598/page:21/ (Дата
обращения: 07.10.2019 г.)
6. Фельдштейн Г. С . Учение о формах
виновности в уголовном праве. М., 1902 //
https://www.twirpx.com/file/193556/ (Дата
обращения: 29.09.2019г.)
7. Уложение о наказаниях уголовных и
исправительных. - Санкт -Петербург: Тип. 2 отд -ния
собств. е. и. в. канц елярии, 1845 //
https://dlib.rsl.ru/viewer/01002889696#?page=437
(Дата обращения: 07.10.2019г.)
8. Уголовное Уложение 1903 г. //
https ://www.twirpx.com/file/234494/ (Дата
обращения: 08.10.2019 г.)
References:
1. Seryozhekina K.N. Immunity to crime in
russian criminal law: Optimization of the norms and
practices of their application: Author's diss...
legal.s ciences. Samara, 2009. 24s.
2. Judgment 1497 / https://historich.ru/sudebnik -
1497 -goda -perevod/index.html (Reference Date:
07.10.2019)
3. Tagantsev N.S. Lectures on Russian Criminal
Law. Part of the total. St. Petersburg, 1887. Vol. 1. /
https://search.rsl.ru/ru/record/01003621039 (Reference
Date: 07.10.2019)
4. Council Settlement 1669 /
http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/1649/whole.htm
(Reference Date: 04.10.2019)
5. Military Article of April 26, 1715 /
https://studfiles.net/preview/5757598/page:21/
(Ref erence Date: 07.10.2019)
6. Feldstein G.S. Teaching on forms of culpability
in criminal law. M., 1902 /
https://www.twirpx.com/file/193556/ (Reference Date:
September 29, 2019)
7. Criminal and Correctiona l Penalties. - St.
Petersbur g: Type. Two of the two's. Office, 1845 /
https://dlib.rsl.ru/viewer/01002889696#?page=437
(Reference Date: 07.10.2019)
8. Criminal Settlement 1903 /
https://www.twirpx.com/file/234494/ (Reference Date:
08.10.2019)